понедельник, 12 января 2015 г.

JE SUIS CHARLIE: марш единства в Париже

Там, где люди не разделяют ценностей демократии, где они живут во мраке фанатизма и уверенности в собственной правоте и непогрешимости, единственным оружием борьбы со свободой слова оказывается автомат
Многотысячные марши солидарности в Париже и других городах Европы, очевидно, собрали людей, которые ничего не знали о французском журнале карикатур и никогда не стали бы его читателями. Тот, кто сегодня пишет “я – Шарли”, может одновременно с изумлением смотреть на обложки журнала, появляющиеся в сети. Обложки, далекие от самой сути слов “толерантность” и “уважение”. Но это примерно также, как и с демократией, о которой Черчилль когда-то сказал, что она  — наихудшая форма правления, за исключением всех остальных, которые применялись время от времени. Свобода слова позволяет каждому высказывать или рисовать то, что кажется другому диким, но это лучше, чем зашитый рот.
В цивилизованном мире, в который мы только сейчас начинаем возвращаться, есть десятки способов реагирования на ложь, отсутствие толерантности и уважения к ближнему. Судебные иски, демонстрации протеста, в конце концов – просто кошелек. С ложью и нетолерантностью может бороться и судебная система, и гнев гражданского общества, и рынок. Там, где люди не разделяют ценностей демократии, где они живут во мраке фанатизма и уверенности в собственной правоте и непогрешимости, единственным оружием борьбы со свободой слова оказывается автомат. И это отнюдь не только террористов, уничтоживших редакцию французского журнала. Это и история Ани Политковской и фактического разгрома свободной российской журналистики террористическим режимом и равнодушным обществом. Когда убили Аню – это было уже не закрытие телеканала или перепродажа газеты – россияне не вышли на многомиллионный марш, а Путин не выступал с обращением к нации, хотя произошло ровно то же самое, что сейчас в Париже. И уже это равнодушие было самым настоящим приговором будущему Российского государства как такового.
Это и история расправ над украинскими журналистами в годы авторитарных режимов. То, что в дни Майдана режим Януковича разработал план, по которому практически все честные редакции нашей страны должны были в одночасье превратиться в “Шарли Хебдо” – просто кульминация этого насилия и презрения. И это еще не кончилось, нет – потому что на оккупированных территориях честные журналисты становятся жертвами и заложниками бандитов, управляемых из страны, президент которой при словах “свобода слова” хочет схватиться за пистолет.
Я читаю немало комментариев тех, кто просто не понимает, почему европейцы вышли на улицы. Кто анализирует содержание расстрелянного журнала и пытается найти рецепты того, чтобы ничего подобного не повторилось, в осторожности или понимании мотивов убийц. Да нет же, европейцы вышли на улицы просто потому, что они здоровы. Просто потому, что никогда не откажут в праве на реализацию и высказывание тому, с кем они категорически не согласны. Просто потому, что понимают ценность свободы.
И именно поэтому мир, в котором они живут, непобедим.
Виталий Портников

Найдено на просторах И-нета:

"Тот, кто выбрал Францию как "слабое звено", сильно ошибся, полагая, что народ французский можно запугать.
Конечно, конформизм, свойственный массе обывателей, никуда не делся и не денется.
Но организаторы террористической атаки не учли того, что над территорией Французской республики каждое утро гремят слова "К оружию, граждане! Формируйте батальоны!"

Французская революция, создавшая современную Францию, начавшись в 1793 году штурмом Бастилии, закончилась только на студенческих баррикадах в мае 1968. Попытка запугать французское общество привела к прямо противоположному результату.
Организаторам и в страшном сне не могло привидеться, что теракты будут осуждены даже ХАМАС и "Хезболлой", что лидеры этих организаций пройдут в манифестации протеста против теракта, совершенного фанатиками-мусульманами вместе с израильским премьером.

Но самое, по-моему, неожиданное, произошло не сегодня в Париже, а девятого числа в каирском религиозном университете "Аль-Азхар".
Президент Египта Абдель Фаттах ас-Сиси выступил перед теологами с, я бы сказал, революционной речью:
"Совершенно невообразимо, чтобы мысли, которые мы считаем самыми святыми для всей уммы (исламской нации, мусульманской общины всего мира) превратились в источник озабоченности, опасности, убийств и разрушений по всему миру. Это совершенно невозможно!
Эти мысли - и я не говорю религия, я говорю - образ мышления, набор текстов и идей, которые стали для нас сакральными, священными настолько, что любое отклонение от них становится практически невозможным - этим самым мы восстанавливаем против себя весь остальной мир. Против этого выступает весь мир! Разве возможно, чтобы 1,6 миллиарда мусульман хотели убить весь остальной мир ради того, чтобы они могли жить? - Невозможно!"

Сиси провозгласил: "Я это говорил и продолжаю говорить - нам необходима религиозная революция. Вы, имамы, ответственны перед Аллахом. Весь мир, я повторяю, весь мир ждет ваших дальнейших действий... потому что умма разорвана, потому что умма разрушена, потому что умма потеряла саму себя - и виноваты в этом только мы".
Таким образом, реакция на совершенный теракт, как мне видится, совсем не такая, на какую рассчитывали организаторы терактов..."


11.01.2015, Франция | «Марш единства», прошедший вчера в Париже, собрал невиданное еще в истории Франции количество участников — на улицы столицы страны вышли по разным оценкам от полутора до двух миллионов человек. Вместе с Парижем, который стал вчера настоящей столицей мира, в демонстрациях солидарности приняли участие 3,7 млн человек.

01.



02. Марш начинался в три часа дня, но уже в полдень на площади Республики собралось несколько десятков тысяч. Площадь, конечно, не была в состоянии вместить всех желающих и они расположились на прилегающих бульварах и улицах.


03.

04.

05.

06. Лаицизм — французское движение за освобождение общества от влияния религии. Лозунг, который я всецело поддерживаю.


07.

08.

09.

10. Значительную часть площади заняли передвижные студии телекомпаний. Никогда не видел такого количества станций спутникового аплинка в одном месте — их было по меньшей мере несколько десятков.


11. «Я Шарли» на иврите.


12.

13.

14.

15.

16. Людей было так много, что они, собственно, заняли весь путь движения марша в сторону площади Нации. Когда пришло время двигаться, народ просто развернулся и двинулся в обратную сторону. Вот так выглядела авеню Республики, по которой я потом пошел вместе с колонной из сотен тысяч парижан.


17. Другая колонна во главе которой была группа глав государств, правительств, министров и членов парламентов, двигалась по бульвару Вольтера.


18. Как пишут, были приняты экстраординарные меры безопасности, но я их, честно говоря, не заметил вовсе. Говорят, что основные силы полиции были расположены на бульваре Вольтера, где шли ВИП-гости, а вот на авеню Республики жандармов почти не было видно, они парочками стояли под стенами домов и к себе внимания не привлекали. На площади их вообще не было, как не было никаких заборов, металлоискателей и прочего, к чему мы так привыкли в Москве. Однако, жандармы зорко следили за людьми, мгновенно определяя подозрительных. Пока я стоял в магазинчике и пил воду, четверо жандармов привели туда чернокожего мужичка с большой сумкой и быстро его обыскали. Впрочем, очень вежливо, и потом пожелали ему хорошего дня.


19.

20.

21. Девицы из FEMEN пришли с автоматами-карандашами и плакатами «Шарли акбар».


22.

23.

24.

25.

26. Погода была вполне весенней, иногда только начинал идти быстрый мелкий дождь.


27.

28.

29.

30.

31.

32. Вот эта семья сорвала бурные аплодисменты, вывесив на балконе национальный флаг, сделанный из подручных средств.


33. Так этих людей приветствовали демонстранты.


34. А здесь люди держат в руках какие-то альбомы и книжки про Шарли. Я только разглядел издание с репродукциями карикатур из «Харакири», предшественника нынешнего еженедельника «Шарли Эбдо».


35. Обнимашки

36. Метро и правда работало бесплатно. На линиях в районе, где проходил марш, было настоящее столпотворение, на поезда было трудно сесть, хотя они ходили чаще обычного.


37. Мы с моим троллем Митричем гордимся, что были вместе с парижанами в такой исторический момент. Стоять среди тысяч людей, которые на площади поют Марсельезу, это я вам скажу сильное ощущение, до мурашек на голове. Такие гражданские акции — яркий пример того, как народ может объединяться в трудную минуту. Люди увидели друг друга и сказали важные слова взаимной поддержки. Не было никаких политических лозунгов, флагов, партийной символики. Это была демонстрация граждан своей страны. Французы крутые и вчера это увидел весь мир.


Фотографии и видео: © drugoi, NTB/Scanpix